Историю своей семьи рассказывает Лорен: после диагностирования у нее редкого генетического заболевания ей пришлось обратиться к донору яйцеклетки, чтобы забеременеть. О том, как она это переживала и почему решила не скрывать от детей их особенное происхождение, — в нашем материале.

Весь мой долгий путь к материнству был омрачен днем, когда я узнала, что из-за генетического расстройства у меня очень низкий уровень антимюллерова гормона — и шансов на зачатие естественным путем или через ЭКО нет. Только придя в себя после очередного выкидыша, я выяснила, что вовсе бесплодна. Это был кошмар.

Читайте также

Фолиевая кислота и беременность. Все, что нужно знать Екатерина ДаниловаФолиевая кислота и беременностьView on Instagram

Я понимала, что во всем этом виновата моя ДНК, а значит, у ребенка ее быть не должно. Мы с мужем никогда не были против усыновления новорожденного, но когда стали изучать этот вопрос, выяснилось, что куда быстрее будет обратиться к донору яйцеклеток, чем ждать, пока кто-то откажется от младенца в роддоме. Кроме того, я очень хотела выносить малыша сама.

Выбирая донора, мы искали женщину, которая в теории могла бы быть членом нашей семьи — высокую, как я, с правильными чертами лица и вьющимися волосами. Мне также хотелось, чтобы я могла ей доверять, проводить с ней время, как с подругой. Наша клиника обязала потенциального донора пройти генетический тест и отправила ее, меня и мужа на психологическое обследование. Его цель — убедиться в твердой решимости всех участников затеи идти до конца. Важно, чтобы донор относился к происходящему прагматично, чтобы у него не возникло эмоциональной привязанности к яйцеклеткам. А будущие родители должны быть морально готовы рассказать своему ребенку правду.

Дети в медицинском центре в Лондоне, 1965

У нас было десять яйцеклеток, все они были оплодотворены спермой моего мужа. Мне подселили два эмбриона, остальные заморозили. Беременность с донорскими яйцеклетками ничем не отличалась от обычной, но в этот раз я больше волновалась. После нескольких выкидышей ощущение таинства уходит, ты видишь заветные полоски на тесте и думаешь: «Я беременна — но это сегодня».

Моя дочь родилась в октябре 2014 года и была довольно крупной — то есть ее физические данные сформировало мое тело. У нее такие же повадки и интересы, что и у меня. Единственное, что выдает ее особенное происхождение, — в ней нет ни капли схожести с моими кровными родственниками. Эта линия просто оборвалась.

View on Instagram

Через несколько лет мы захотели стать родителями еще раз и воспользовались замороженными эмбрионами. У нас было пять неудачных попыток — мне казалось, я не смогу пережить все это во второй раз. Наконец мне подсадили еще два — уже через несколько дней я была уверена, что у нас будут двойняшки. Так и оказалось: в октябре 2018 года родились мои мальчики.

Я не скрывала от своей дочери, каким способом она была зачата, и точно расскажу об этом двойняшкам, когда они повзрослеют. Мы не поддерживаем связь с их донором, но если мои дети вдруг захотят с ней увидеться, я не буду против. Я всегда воспринимала наш опыт позитивно, поэтому мне не тяжело делиться им с другими людьми — рассказываю об этом с улыбкой на лице. Да, у нас была такая проблема, но мы решили ее благодаря невероятной женщине, которая согласилась зачать наших детей и отдать их нам.

Фото: Ernst Beadle

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here